Склонность к риску как фактор социализации и творческой самореализации подростков и молодежи

Максимова Светлана Валентиновна (Россия, Москва)

Кандидат психологических наук, вед. научн. сотрудник ФГАУ  ФИРО

         Условия глобальной информатизации оказывают влияние на такую важную составляющую личности подростка как склонность к риску. С одной стороны виртуальное пространство содержит новые риски для молодого поколения, с другой – компьютерные игры, в которых герой имеет много жизней.

                Сама по себе склонность к риску является качеством, необходимым не только для становления и развития личности, субъектности человека, но и для развития и реализации его творческого потенциала. В то же время  по данным исследований повышенная склонность к риску является одним из факторов, способствующих возникновению наркозависимости (Борисов, Цукерман). И.Ю Борисов рассматривает «гедонистический риск» как механизм формирования отклоняющегося поведения молодежи, в том числе наркомании.

Так, в исследовании Е. Галкиной  показано, что личностная готовность к риску связана с повышенной готовностью «самополагания», активностью личности, ее стремлением выходить за рамки задания, инструкций и ограничений [6]. 

   В некоторых работах показано, что стремление к риску является залогом успешной предпринимательской деятельности (Задорожнюк, Зазолюк 94, В. Френсис 91, Корнилова 93). 

  Была выявлена также высокая тенденция к рискованному поведению у лиц, профессиональная деятельность которых связана с опасностью (Петровский 71, 77).

И.Б. Абрамова рассматривает риск как способ, позволяющий субъекту эффективно взаимодействовать с вероятностными условиями педагогической действительности: «Педагогический риск как профессиональная деятельность, связанная с выбором альтернативы в ситуации неполноты информации, одновременно характеризует креативность, решительность и ответственность учителя за позитивные и негативные следствия принятого профессионального решения» [1].

Мы полагаем, что повышенная склонность к риску необходима во всех видах так называемых творческих профессий (музыкант, актер и т.д.). Так М. Цукерман описал потребность в новых впечатлениях и переживаниях  (являющиеся базовыми в творчестве) и связал ее с готовностью к риску ради этих впечатлений. Он выделил различные виды риска:

  1. поиск физического риска – стремление к деятельности, связанной с опасностью
  2. поиск нового опыта, в том числе достигаемого с помощью наркотиков
  3. протест против социальных норм
  4. чувствительность к скуке, стремление к новому, знакомству с новыми людьми, неприятие рутины, скучных занятий

Исследования по методике М. Цукермана  показали, что для спортсменов характерна склонность к физическому риску, для учащихся спецшкол – тенденции к риску в познавательной сфере (интеллектуальная активность), для подростков – стремление к социальному риску [20].

исследования В.К. Калиненко показывают, что подавление родителями склонности к риску у ребенка может приводить к возникновению у него в последствии ишемической болезни сердца [17].

Однако склонность к риску, видимо, неоднородна и требует дальнейших исследований.

Мы предположили, что склонность к риску может инициироваться разными эго-состояниями личности и в зависимости от этого приобретать продуктивный или деструктивный характер. Есть вероятность, что продуктивный характер тенденции к риску обусловлен преобладанием в решении рисковать голоса Взрослого, а деструктивный характер – голосом Ребенка. Тогда риск как  «стремление субъекта к поиску новых ощущений», а также «риск, связанный с низкой рациональностью», можно интерпретировать как риск, инициированный Ребенком, а  «риск как готовность ориентироваться на свой личностный потенциал при принятии решений в ситуации неопределенности» и «риск, связанный с высокой рациональностью» – как риск, инициируемый Взрослым.

 

Таким образом, это понятие является неоднородным и требует дополнительного исследования.

Как показывают исследования В.А. Петровского реальная готовность рисковать (проявляемая в экспериментальной ситуации, а также присущая людям, для которых риск является необходимым профессиональным качеством (пожарникам, военным и т.д.)) не коррелирует с той, которую испытуемые приписывают себе, отвечая на вопросы анкеты. И дело не в том, что они сознательно пытаются исказить результаты, они действительно верят в то, что готовы или не готовы рисковать, но в реальных условиях их готовность к риску не совпадает с той, которая ими рефлексируется.

         По предположению Петровского это происходит благодаря тому, что реальный выбор человека строится на основе взаимодействия различных интенций его личности, которые могут противоречить или соответствовать друг другу. При этом не все интенции осознаются, поэтому, отвечая на вопросы анкеты, испытуемый может отождествлять свой выбор только с одной из своих внутренних интенций и тогда осознаваемый (мнимый) выбор будет отличаться от реального.

 Этот мнимый выбор, осуществляемый на основе только одной из интенций личности без учета других, мы назвали субъективным выбором.  Выбор, осуществляемый человеком с учетом всех основных интенций его личности, мы назвали субъектным выбором. Когда человек делает субъектный выбор, можно сказать, что это его выбор как целостной личности. При субъективном выборе какие-то части личности оказываются неудовлетворенными, порождая внутренний дискомфорт и противоречивое, неуправляемое поведение. Мы полагаем, что способность к субъектному выбору является необходимым условием «самоэффективности   личности» (Бандура).

Чтобы рассчитать наиболее оптимальный выбор человека (субъектный выбор), В.А. Петровский предложил трансактную версию модели рефлексивного выбора Лефевра. Он исходил из того, что основными подсистемами человеческой личности, имеющие собственные, не сводимые друг к другу интенции, являются эго-состояния Родителя, Взрослого и Ребенка (Э. Берн).     Эго-состояние Родителя предписывает человеку вести себя так, как это требуется в обществе (его реальными родителями или авторитетными старшими). Эго-состояние Ребенка побуждает человека выполнять желания и потребности, свойственные ему в детском возрасте и продолжающие актуализироваться в настоящем. Эго-состояние Взрослого диктует человеку такое поведение, которое наиболее разумно в настоящих («здесь-и-теперь») внешних и внутренних условиях.    Субъектный выбор человека, опирающийся на интенции эго-состояний Взрослого, Родителя и Дитя будет определяться следующей формулой:

S = В ® (Р ® Д)

Исходя из этого, мы разработали опросник склонности к риску, предполагающий субъективный выбор испытуемого, а также учитывающий оценку готовности к риску с точки зрения внутренних Родителя, Ребенка и Взрослого. В опросник мы включили пункты, показавшие значимые отличия наркозависимых в проведенном нами пилотажном исследовании от лиц, не употребляющих наркотики (туристов, музыкантов и служащих) (см. приложение № 1).

Результаты исследования показали, что    

Обычные опросники обладают в данном случае низкой прогностической валидностью, так как осознанный выбор, который испытуемый фиксирует при ответе на вопрос, в большинстве случаев связан с интересами только одного актуального в данный момент эго-состояния, при этом интересы других эго-состояний не осознаются, хотя они могут стать решающими в реальной ситуации жизненного выбора.     

В опросник мы включили по 10 пунктов на физический риск, социальный риск и на личностный риск, связанный с поиском новых ощущений. После того, как испытуемый отвечал на эти вопросы «да», «нет» или «не знаю»,  ему нужно было оценить, насколько этот ответ правильный или неправильный с точки зрения общества (внутреннего Родителя), насколько  это разумно, целесообразно для него в данный момент (с точки зрения внутреннего Взрослого) и насколько это желанно («Хочу!») или не желанно («Не буду!») (с точки зрения внутреннего Ребенка). Подсчитывалось влияние каждого эго-состояния на конечный выбор (корреляция) и корреляция интересов различных эго-состояний между собой (их согласованность или конфликтность).

Результаты исследования.

  1. Осознанная склонность к физическому риску у наркозависимых – ниже среднего. Осознанная склонность к социальному риску – значимо ниже среднего. Осознанная склонность к личностному риску -  выше среднего.

   Показатели выраженности различных тенденций к риску у испытуемых.

              Вид

                  риска

группа

испытуемых                       

 

Склонность к физическому риску

 

Склонность к социальному риску

Склонность к личностному риску

 

Наркоманы

1-

2,4* -

1  +

Туристы

2,4

4,56

-1,89

Музыканты

-0,44 -

3,77

0,1

Служащие

2,16 +

5,66 +

-0,25

(«+» - выше среднего, «-» - ниже среднего)

На наш взгляд, эти результаты опровергают гипотезу о том, что у наркозависимых преобладает «гедонистический» риск. Они ищут не просто новых ощущений, например, физических (ситуаций опасности, повышающих адреналин и т.д.), а те ситуации, которые расширяют границы собственного Я. Низкий физический и социальный риск может являться результатом невозможности реализации своей субъектности в этих сферах, тогда как в сфере Я это оказывается возможным благодаря состоянию наркотического опьянения. Эти результаты свидетельствуют также в пользу гипотезы исследователей, рассматривающих наркозависимость как самоценную форму активности [21].

  1. Готовность рисковать у наркозависимых определяется в большей степени Ребенком («Хочу»), у музыкантов – в выборе участвуют все три эго-состояния, это, видимо является наиболее продуктивной ситуацией, у служащих – Ребенком и Родителем.
  2. Наименьшая согласованность между всеми эго-состояниями – у наркозависимых. Наименьшая согласованность у них между Родителем и Ребенком.

Результаты показывают, что готовность рисковать, как и отказ от риска в большинстве случаев определяется Ребенком. Однако позитивный риск (у туристов, музыкантов и служащих) отличается от деструктивного риска (у наркозависимых) тем, что в последнем случае, как мы и предполагали,  выбор в большей степени определяется эго-состоянием Ребенка, интересы различных эго-состояний при этом не согласованы друг с другом, наиболее противоречивы отношения «Родитель – Ребенок», выбор делается не на основе учета интересов эго-состояний личности, а вопреки им (об этом говорит значимая отрицательная корреляция выбора наркозависимых с интенциями всех эго-состояний его личности, которой не наблюдается у остальных групп испытуемых). 

Итак, исследование  показало, что при исследовании риска важно выявить не столько субъективную (осознаваемую) готовность к рискованному поведению, сколько внутриличностный источник этой готовности, определяющий позитивную или деструктивную направленность риска – насколько в выборе рискованного поведения участвуют различные эго-состояния личности, насколько их интересы совпадают, строится ли решение с учетом их интересов или вопреки им. Следовательно, психотерапевтическую работу с наркозависимыми нужно вести не в направлении снижения у них готовности к риску, а в направлении гармонизации отношений между эго-состояниями личности.   

Комментарии

Комментариев пока нет

Оставить комментарий

Войдите или Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий